Михаил Гущин. Возвышение рода

Михаил ещё никогда не был так близко к тому, ради чего явился в этот мир, однако противники и не думают сворачивать с пути. Придётся разобраться с угрозой и определить, кому теперь вершить историю, а кому кануть в прошлое.

Дорога до Самары — целое купе, чтобы никто не дышал в спину, и бумаги о Пермском княжестве на коленях, пока за окном мелькают версты. Серпухов водит его кругами, заметая следы, пока они не упираются в особняк с каменным забором, где дикий виноград лепится к стенам. Хозяин, главный историк Казанского княжества, раскрывает альбом с реликвиями — Наконечник, Маска, Родящая мать, — и считает их: двенадцать, плюс тринадцатая, Ритуальный нож. А потом взрыв во дворе, и оба уже на полу, и мир снова трещит по швам, не дав договорить.